Аспер_


Домой матёрые укрыватели преступников успели вернуться вовремя, чтобы замести следы. Было уже три часа ночи, когда в их дверь снова заколотили, а потом и просто снесли её бомбардой. Рина порадовалась, что они успели переодеться, и теперь выскочили из комнат в ночных рубашках и пижамах.

В детской заливался плачем Санди и Фиона кинулась к нему, а Рина и Сев плечом к плечу встали в дверях, ведущих из гостиной в спальни, хотя и понимали, что это всё бесполезно, что и подтверждал топот ног поднимающихся по лестнице авроров.

Судя по всему, стражей порядка насчитывалось не меньше пяти и, как подозревала Рина, ещё примерно столько же рассредоточились вокруг дома.

— Северус Снейп? — обратился к зельевару один из авроров. — Вы подозреваетесь в укрывательстве преступников, вот ордер на обыск вашего дома.

— Мой брат ни в чём не виноват! — заговорила Северина, ощущая, как сквознячок холодит ноги, забираясь под ночнушку. — У нас в доме нет посторонних.

— Именно в этом мы и собираемся убедиться, — ухмыльнулся аврор, с интересом оглядывая Рину, которая уже пожалела, что не успела накинуть халат. В нём бы она чувствовала себя увереннее.

Оставив брата и сестру под присмотром двух магов, авроры разбрелись по дому. Вскоре Фиона, держащая на руках Санди, и Франсуаза тоже оказались в гостиной. Обыск не длился долго — в доме не было никого постороннего, а опасные книги, ингредиенты, и свои деньги Снейпы уже давно держали в Гринготтсе.

— Надеюсь, что убедившись в отсутствии у нас нежелательных персон, вы покинете наш дом? — едко поинтересовался Северус, глядя на явно раздосадованных магов.

— Не так быстро, — рявкнул старший. — По имеющимся у нас сведениям, сегодня к вам приходил гость…

— Извините, аврор, но к нам сегодня никто не приходил. Наоборот… Как раз вечером мы проводили друга. Он жил у нас почти год, а теперь решил вернуться в родной дом. Вечером он уехал, — твёрдо произнесла Рина. — Возможно, тот, кто сообщил вам о визите, просто перепутал выходящего с входящим, ведь дверь хлопает всегда одинаково, а темнеет рано.

Аврор, прекрасно понявший, что ему намекают на идиотизм доносчика, недовольно посмотрел на семейку.

— Как зовут вашего друга? Нам нужно проверить, действительно ли всё так, как вы говорите.

— Мы не обязаны делиться с вами именами друзей. Ваши подозрения не подтвердились, а если вы нас в чём-то обвиняете, то будьте добры, предъявите ордер на арест, чтобы мы могли вызвать адвоката, — возмутилась Рина, уверенная, что просто так их не арестуют.

Судя по всему, аврорам действительно был нужен повод, потому что следующее их действие удивило Северину. Старший подошёл к Севу и молча задрав левый рукав его пижамы, ткнул палочкой в предплечье и что-то проговорил.

Северус, видимо, догадавшийся, что именно ищут авроры, побледнел почти до синевы. Его рука никак не изменилась и это, кажется, произвело впечатление на авроров, явно почувствовавших неуверенность. И этим тут же воспользовалась Рина, заголив до локтя собственную.

— Не знаю, что вы там хотите найти, господа, но думаю, что не откажетесь убедиться и в моей непричастности, — произнесла она.

Тут же к ней присоединилась и Франсуаза, выставив на обозрение свою руку, крепости которой мог позавидовать любой мужчина. Когда же и Фиона изящным движением тоже откинула кружево пеньюара, перед этим демонстративно закатав рукав пижамки сына, авроры впали в ступор.

— Вы удовлетворены проверкой или надо ещё пошептать? — произнесла мадемуазель Дюбуа, с удовольствием глядя на растерянных магов. — Если же вы всё выяснили, могу я пойти спать?

— Это ещё ни о чём не говорит, — запальчиво выкрикнул молоденький маг, смутно знакомый Северине по Хогвартсу. — Вы, слизеринцы, все служили Волд…

Стоящий рядом сослуживец резко ткнул парнишку в бок палочкой, не дав произнести страшное имя.

— Магией клянусь, что никогда не состоял в организации, называемой Пожирателями Смерти, и никогда не давал приюта в своём доме входящим в неё магам, — произнёс Северус яростно, глядя на представителей власти. — Люмос!

Палочка в его руке выдала яркий огонёк и Северина облегчённо выдохнула, хоть и знала о непричастности брата.

— Вас устраивает такая клятва? — поинтересовался Снейп у авроров. — Теперь мы сможем, наконец, избавиться от вашего присутствия?

Главный, видимо что-то для себя решив, молча махнул рукой и авроры покинули дом, демонстративно громко разговаривая и грохоча сапогами по лестнице. Санди снова расплакался и Фиона принялась его укачивать.

— В этот раз вы вывернулись, но не думайте, что сможете делать это постоянно, — зло произнёс волшебник, удивив Рину ненавистью, звучащей в его голосе.

Они никогда не пересекались ни с ним лично, ни с аврорами в целом, и было непонятно, почему он питает к ним такие чувства.

Аврор неприязненно сплюнул на пол, развернулся и вышел, громко хлопнув дверью, оставив их недоумевать над его поведением. Всё это было очень странно.



Когда на улице прозвучали хлопки аппарации, говорящие о том, что авроры покинули Диагон-Аллею, Северина озвучила вопрос, который волновал всех:

— Мерлин! Что это такое сейчас было?

— Авроры в вашей стране врываются, разнося двери, в дома граждан, даже если те только подозреваются в чём-то? — удивилась Франсуаза, закутываясь в спешно трансфигурированный пеньюар.

— Я о таком не слышала, — ответила Фиона, наконец, укачав сына, — но, может быть, об этом просто не говорят?

— Я пойду, починю дверь, хотя не уверен, что получится хорошо. Жаль, на ней были заклинания от взлома, но подействует ли «репаро»… — Снейп поспешил уйти, оставив женщин одних в комнате.

— Фиона, не знаешь, как зовут того аврора, что был за главного? — поинтересовалась Рина, не признаваясь сама себе, что испугана. — Думаю, нам надо подать жалобу в аврорат.

— Сомневаюсь, что это получится, — скептически хмыкнула Франсуаза. — Если учесть то, что творится сейчас в стране, я не удивлюсь, что авроры ведут себя так с разрешения министерства, гласного или негласного. Гражданские войны тем и отличаются, что во время них можно прекрасно ловить рыбу в мутной воде.

Женская половина семейства Снейп внимательно слушала мадемуазель, удивляясь её спокойствию, действительному или напускному.

— У нас было нечто подобное в те времена, когда маглы свергли короля, и наши маглорождённые, вместе с отщепенцами из числа чистокровных захотели смены власти. Пока всё пришло в норму, пострадало много семей, не имеющих отношения ни к одной из сторон, их просто ограбили или свели старые счёты.

— Но мы ни с кем не враждуем, да и не забрали у нас ничего, — засомневалась Фиона.

— Значит, их целью был не грабёж, хотя мы ещё не знаем, что они делали в наших комнатах, пока мы сидели тут.

— Надо срочно проверить, не пропало ли чего, — заволновалась миссис Снейп.

— Намного важнее убедиться, что не появилось ничего лишнего, — произнесла задумчивая Северина, — хотя вряд ли, ведь они явно шли, полагая, что смогут предъявить нам обвинения в укрывательстве…

— Кстати, вы так и не сказали, куда так неожиданно исчез мистер Люпин, — поинтересовалась Франсуаза.

— Мы посчитали, что будет лучше, если он некоторое время поживёт отдельно, и были правы, как видите, — ответила Рина, не вдаваясь в подробности переселения оборотня.

— Дверь безнадёжно испорчена, я попытался её восстановить, но увы. Трансфигурации она тоже поддалась с трудом, учитывая мои познания в этой дисциплине. Утром надо будет вызвать плотника, — произнёс Сев, входя в гостиную. — Мне кажется, кто-то следит за нами и хотел подставить. Уж больно удачно всё совпало.

— Возможно, — согласилась с братом Северина. — Мы говорили сейчас о том же. Либо кто-то хочет нас шантажировать, либо просто мстит, хотя мы и не догадываемся, за что.

Все тут же попытались припомнить своих врагов, отчего на некоторое время в комнате повисла тишина.

— Франсуаза, может, вам тоже стоит поискать другое жильё и место работы? — поинтересовалась Рина, прервав молчание. — Как видите, с нами стало опасно находиться в одном месте. Если понадобится, мы дадим вам хорошие рекомендации.

— Если вы не возражаете, то я бы хотела остаться, — улыбнулась мадемуазель Дюбуа. — Вы уже давно для меня не просто работодатели. Я очень ценю то, что вы взяли меня на работу без рекомендаций, да и сейчас приютили меня. Смею надеяться, что мы не просто так собрались под одной крышей. Мне хочется верить, что вы считаете меня в какой-то мере членом вашей семьи. Своей-то у меня уже никогда не будет.

В словах француженки было столько горечи, что Рине захотелось её утешить, что она и сделала, обняв поникшую Франсуазу.

— Так, давайте попытаемся хоть немного отдохнуть, — скомандовал Сев, — а утром я отправлюсь в министерство, подам жалобу на авроров, превысивших полномочия. Хотелось бы ещё подать жалобу на клевету, но не знаю, кого «благодарить» за это.

— Я пойду с тобой, — тут же сообщила ему Рина, уверенная, что отпускать брата одного не самая хорошая идея. — И не спорь, вдвоём нам будет проще и безопаснее.

Сев только хмыкнул на это, давая понять сестрице, что он сомневается в её словах, хотя ему будет очень приятна её поддержка.

***

Утро после бурно проведённой ночи началось у них ближе к полудню. Завтрак проходил в гнетущем молчании. Северус обдумывал, как сформулировать жалобу, а Рина уткнулась в газету, доставленную утром, успев перехватить её у брата. Фиона кормила сына, забывая есть сама, Франсуаза размазывала по тарелке овсянку, удивляясь англичанам, испытывающим странную любовь к этой каше.

— О, Мерлин! — возглас Рины заставил остальных вздрогнуть. — Мне кажется или это имеет какое-то отношение к нам?..

Трое заинтересованных её словами магов уставились на неё, ожидая продолжения, и она поспешила его озвучить.

— Здесь опубликован некролог — Эжени Нотт, в девичестве Принс, скоропостижно скончалась в возрасте пятидесяти лет, оставив безутешными сына и мужа.

— Тётушка умерла? — удивился Северус. — А ведь её муж арестован вместе с Малфоем и остальными… Кстати, недавно я был у Нарциссы — Драко приболел. Она передавала вам привет.

— Надеюсь, малыш поправится. Мне так жаль Нарциссу… Неужели и правда, Люциус виноват? — огорчилась Фиона.

— Странно всё это, — покачала головой Северина. — К тому же, что-то мне подсказывает, что и в министерстве сейчас к нашей жалобе отнесутся более чем прохладно.

На неё посмотрели непонимающе и она продолжила:

— Не успела вам сказать. Тут в газете сенсация — сын Бартемиуса Крауча оказался Пожирателем, это открылось вчера на суде, так что сейчас, думаю, министерство лихорадит, ведь насколько мне известно, Крауч-старший считался фаворитом на предстоящих выборах.

— Нам всё равно стоит сходить. Жалобу мы подать сможем, к тому же надо как-то узнать о ребёнке Ноттов. Тётушка отказалась от нас, но возможно, что у нашего кузена больше нет никого, кто позаботится о нём. А насколько я помню, он единственный ребёнок и ровесник нашего Санди, хотя я могу и ошибаться.

— Ты думаешь забрать ребёнка себе? — удивленно спросила Фиона мужа. — Сейчас, когда его отца обвиняют в преступлении и после того, как они отнеслись к вам?

— Он наш с Севериной брат, — твёрдо произнёс Сев, глядя на жену.

— Северус, я так горжусь тобой! — Фиона с любовью посмотрела на мужа. — Ты такой благородный и ответственный. Я так счастлива, что именно меня ты взял в жёны. Наш сын, я уверена, заполучил себе великолепного отца!

Снейп, явно смутившийся от слов жены, промолчал, но Фиона увидела в его глазах благодарность...



Про маленького Нотта решили узнать через Нарциссу, уже после завтрака вспомнив о старшем брате сестёр Принс и потенциальных детях, которые у него имелись, как смутно помнила Северина. Перелопатив школьный сундук, который стоял почти и не разобранный все годы, прошедшие после школы, она откопала свиток, который на седьмом курсе выменяла у Мальсибера на антипохмельное.

Генеалогическое древо порадовало листочками с именами дяди и его сыновей, так что Рина успокоилась — ребёнка тёти было кому приютить — и Нотты, и Принсы не откажутся от чистокровного родственника и, тем более, не отдадут им, непризнанным бастардам.

Свиток опять навёл на мысли о Блэках, хотя сейчас доказывать с ними родство было нежелательно. Сторонники Волдеморта… Нужны ли ей с братом сейчас такие проблемы? Задумавшись, Рина дорисовала листочки с Фионой и Санди на ветке Северуса, и решила пообщаться с оставшейся Блэк. Всё же род был древним, а значит, имел свои тайные знания, и Северина была уверена, что брат, также как и она, не откажется их узнать, появись вдруг такая возможность.

***

Заявление в аврорате приняли, сильно удивившись. Северус так и не понял, было ли это наиграно, зато взгляд, который бросил на них чиновник, был нехороший. Относился ли он к ним лично, или к ситуации в целом, выяснить так и не удалось.

Министерство полнилось слухами и чиновникам было явно не до разбирательств, многие боялись потерять свои прикормленные места. Побродив по кабинетам, Рина с радостью обнаружила старого знакомого — Ричарда Фолка, с которым когда-то целовалась на вечеринке Слагхорна. Тот Северину тоже узнал и был рад поболтать.

От него Рина узнала, что он женился, и его жена ждёт в скором времени ребёнка. К тому же Дик надеется, что вскоре сможет получить повышение — в министерстве явно назревают перестановки.

Мисс Снейп аккуратно перевела разговор на интересующую её тему и узнала, что Фолк, хотя и не имеет отношения к аврорату, всё же кое-что знает и может поделиться сведениями.

Пообещав чиновнику, что его жена сможет посещать их салон со скидкой, Рина стала обладательницей вороха фактов, снова убедившись, что Распределяющая Шляпа Хогвартса занимается сущей ерундой и, к тому же, страдает от маразма.

Иначе как объяснить, что выпускник Рэйвенкло с удовольствием участвует в интригах, а её братец-слизеринец носа не кажет из своей лаборатории, согласный полностью посвятить себя науке.

***

Сплетни, которыми поделился с ними Фолк, оказались очень информативны. Рина узнала, что аврорские рейды сейчас участились. Маги в алых мантиях придираются к любой мелочи, пытаясь выловить соратников Того-Кого-Нельзя-Называть, а также тех, кто им сочувствует.

Узнав, по какому поводу здесь находятся Снейпы, Ричард покачал головой и выразил сомнение, что их жалоба будет рассмотрена. Слишком много авроров погибло в стычках с Пожирателями, и слишком стражи правопорядка сейчас озлоблены.

— Так что вам повезло, что никто не пострадал, — шёпотом произнёс он, делая загадочное лицо. — Судьи сейчас, увы, сквозь пальцы смотрят на то, как авроры проводят задержания…

— Фолк, а ты не мог бы узнать что-нибудь о том, кто возглавлял тех, кто явился к нам? — поинтересовалась Северина, понимая, что от официальных властей ничего не узнает.

— Ничего не могу обещать, но попробую, — не стал отказываться тот, посмотрев на Рину и пошевелив пальцами в извечном жесте, знакомом всему человечеству. — Правда, маг, к которому я обращусь…

— Мы отблагодарим, — пообещала Северина.

— Твой брат ведь, как я слышал, Мастер зелий? — задал вопрос Фолк, пристально глядя на Сева, молча стоявшего рядом, не вмешиваясь в разговор.

— Только без криминала, — предостерегла Рина, и получив заверение, что Дик даже не думал о подобном, распрощалась с приятелем.

***

Сова от Фолка прилетела через три дня. В записке, принесённой ею, было только имя — Фелим Хоган — которое ничего не говорило никому из них, и название зелья. Северус почти сразу смылся в лабораторию, а Рина всё ломала голову, раздумывая, где и когда они могли перейти дорогу аврору.

Толку в думах не было, так как ей не хватало фактов, и решив отложить поиск ответа на интересующий её вопрос, Северина села писать письмо Вальбурге Блэк.

Её сына Сириуса сейчас не упоминал только ленивый и благодаря ему вся подноготная семьи Блэк стала известна обывателям. Ну или, во всяком случае, именно так считали записные сплетники.

То, что Вальбурга осталась одна, конечно же, было плохо для тётушки, но хорошо для Снейпов. Если Рина проявит участие, то можно надёяться, что тётка их признает, ведь у Блэков больше не осталось детей мужского пола, а Северус, хоть и бастард, был чистокровным и Блэком по рождению.

Северина отлично знала, как в этой семье ценится чистота крови, и могла надеяться на удачу. А для всего волшебного мира они с братом так и останутся Снейпами. Совсем не нужно, чтобы кто-то заимел на них планы, у них и так полно проблем.

А Принсы и Нотты пусть кусают локти. Они ещё захотят общаться с Северусом и с ней, но уже только Блэки будут решать, нужны ли им родственники, отвернувшиеся от Эйлин в трудную минуту, или нет.

Ведь Принсам ничего ни стоило не доводить мать Сева до побега и просто принять ребёнка в семью, признать своим, но они предпочли избавиться от них по быстрому, сбагрив её какому-то магу. И не вина матери, что она не захотела идти за того, кто был ей противен.

А Тобиас?.. Он тоже был ошибкой, но уже сделанной той лично. Тут уже не Северине её судить, Эйлин наказала себя сама…

***

Отправив сову тётушке, Рина занялась салоном. Время безделья закончилось, надо выбираться из ямы, в которую пытаются столкнуть их обстоятельства. Салон должен работать, и Рина сделает невозможное, чтобы их с Фионой детище снова стало местом, в которое стремится попасть любая уважающая себя ведьма.



— Как думаешь, Люпин, долго нам сидеть у маглов?

Прошла неделя с тех пор, как Рина притащила его в этот дом, и Мальсибер уже чувствовал, что скоро начнёт сходить с ума. Нет, у маглов было интересно. Все эти приспособления… Один телевизор чего стоил!

Рейнард уже притерпелся к сериалам, которые смотрела Абигайль, с удовольствием обсуждая каждую новую серию с невольными узниками, хотя и начинал завидовать её мужу. Тобиас каждый день ходил на работу, появляясь только к вечеру, и тогда уже он занимал диван.

Сериалы сменяли новости и футбол, а трое мужчин с удовольствием до хрипоты спорили о политике, находя много общего между двумя, казалось бы, разными мирами.

Но всё же то, что они оказались заперты в четырёх стенах, угнетало, а уж сон в одной постели с врагом совсем не способствовал умиротворению. Люпин напрягал.

— Думаю, что они что-нибудь придумают, — пожал плечами Ремус, и Мальсиберу даже не надо было озвучивать, какие они имеются в виду.

— Я больше всего переживаю о том, что приближается полнолуние, — передёрнул плечами Рей. — Ты же нас всех тут порешишь…

Люпин отвёл глаза, сразу сникнув, и Мальсибер пожалел, что завёл этот разговор.

— Думаю, Северус помнит об этой проблеме, — постарался приободрить он Ремуса. — К тому же я узнавал — у маглов есть подвал, так что нам повезло… Хотя дверь там хлипкая…

— Надо как-то напомнить о нас, да и узнать, что творится в магическом мире, не помешает, — проговорил Люпин, нервно выкручивая пуговицу на своей рубашке. Та не выдержала издевательств и с треском оторвалась.

— Люпин, что ты делаешь?! Снова придётся просить Абигайль починить твою одежду! Бедные маглы, как только они справляются без палочек?..

***

Прошла уже неделя с того дня, как Рина отправила сову мадам Блэк. Ответа пока не было и мисс Снейп уже начала подумывать, что и та не желает иметь с ними ничего общего.

Странная ситуация с аврорами не имела никаких последствий, так и закончившись ничем. Больше к ним никто не врывался, и это было хорошо, но министерство так и не ответило на их жалобу, подтверждая слова Фолка, а это, наверное, было плохо.

Непонятная ненависть напрягала и всё это время Рина боялась шагу ступить, опасаясь новой провокации, но надо было что-то решать с друзьями и мисс Снейп рискнула.

Ничего не сообщая брату, она отправилась на Диагон-Аллею в контору, куда обращались владельцы магазинов, нуждающиеся в работниках. Оставив заявку, она, стараясь выглядеть непринуждённо, направилась к выходу в магловский мир. В «Дырявом котле», как всегда, было полно бездельников, протирающих своими мантиями лавки, не знающие другой уборки, кроме этой.

Снейп прошмыгнула к выходу, и убедившись, что не привлекла ничьего внимания, открыла дверь, ведущую в Лондон, который сразу же оглушил её своими звуками.

Стоя на крыльце с маглоотталкивающими чарами, Рина быстро трансфигурировала свою тёплую мантию в пальто, и поспешила на почту. Надо было проверить, не пришло ли на её имя письмо.

Интуиция не подвела — ожидавшее её письмо было от друзей. Прочитав послание, она порадовалась, что Рем и Рей всё ещё не убили друг друга, и отправила ответную весточку, в которой, шифруясь, сообщила, что ежемесячный взнос будет внесён в срок. Опасаясь писать напрямую, Рине оставалось только надеяться, что маги поймут, что она имела в виду.

Почувствовав себя шпионом на вражеской территории, Северина прошлась по магазинам, купив в одном из них заинтересовавший её шёлковый шейный платок, который должен был отлично подойти к одному из костюмов брата, и вернулась домой, уговаривая себя, что всё её ухищрения были просто перестраховкой и ничего плохого с ними больше не произойдёт.

***

Вальбурга всё же ответила, когда Северина почти перестала ждать. Мадам Блэк приглашала их с братом навестить её, и Рина задалась вопросом, как это сделать, не привлекая внимания. Потом укорила себя за глупые страхи и написала письмо, в котором выражала благодарность за приглашение и обещала непременно посетить её в назначенное время.

Так как Вальбурга не упоминала ничего о миссис Снейп, то было решено отправиться к ней без Фионы. Возможно, тётушка просто желала присмотреться, на что Северус ожидаемо обиделся, сообщив, что раз уж мадам Блэк не интересует его семья, то и его семью не должна интересовать какая-то вздорная старуха. Судя по Сириусу и Беллатрикс, семейка Блэков была не из лучших.

Рине совершенно не понравился такой настрой и она напомнила брату, что и её с Фионой подруга Нарцисса тоже по рождению Блэк, и такое отношение Сева выглядит очень некрасиво. Брат был усмирён и пристыжен, а Рина задумалась о выборе мантий, желая предстать перед родственницей в самом выгодном свете. Время визита приближалось.

***

Запас времени до посещения тётушки ещё имелся, а вот навестить Тобиаса требовалось срочно — порция зелья для Люпина была уже готова, но не могло быть и речи о том, чтобы отправлять его совой. Значит, нужно было добираться самой, к тому же магловским способом, чтобы не привести за собой чужих.

Северус, естественно, рвался отправиться с ней, но Рина воспротивилась, убедив его, что одна она будет не так заметна.

Снова выбравшись в Лондон через паб, Северина доехала до хорошо ей известного торгового центра и благополучно затерялась в нём, постаравшись замаскироваться без применения магии — просто распустив волосы, обычно убранные в аккуратный мягкий пучок, и замотавшись в жуткий пестрый шарф.

Глянув на себя в зеркало, она убедилась, что даже сама сразу не признала себя в даме неопределенного возраста, с космами чёрных волос, выбившихся из-под шарфа, натянутого на голову.

Понадеявшись, что и наблюдатели, если они имелись, тоже не признают в ней ту ведьму, за которой следят, Рина вышла из туалета, в котором и происходили все эти метаморфозы, и заглянув ещё в пару магазинчиков, выбралась на улицу, сразу же поймав кэб. Уже через час она ехала в поезде, направляясь в Бирмингем, где и проживал теперь Тобиас Снейп с женой.



Дверь Рине ожидаемо открыла Абигайль, выглядевшая очень мило в голубом фартучке поверх цветастого домашнего платья для беременных. Но у Северины сразу возникла мысль, что надо начать подыскивать другое убежище для друзей, у Снейпов скоро будет слишком оживлённо.

Правда, оставалась надежда, что в магическом мире всё наладится в ближайшее время и хотя бы Ремус сможет вернуться к ним в дом и приступить к работе. С Рейнардом было сложнее.

— Здравствуй, Абигайль, — улыбнулась мисс Снейп. — Извини, что без предупреждения, но…

— Давай, входи, — перебила хозяйка, — нечего стоять на пороге.

Рина поспешила воспользоваться предложением и дверь за ней тут же захлопнулась.

— Мальчики в общих чертах рассказали мне, почему они скрываются, так что ты правильно сделала, явившись спонтанно. Ты прилетела на метле или аппат… аппор… — в глазах миссис Снейп зажёгся огонёк любопытства и Рина подумала, что та сейчас напоминает ребёнка, услышавшего сказку, и желающего непременно убедиться в её реальности.

— Аппарировала? — улыбнулась Северина. — Нет, Абигайль, я приехала поездом. Так лучше, ведь большинство волшебников не сможет проследить за мной, если я пользуюсь обычным транспортом. Как у тебя дела? Где ребята?

— Ну, мне уже довольно скоро рожать, — ответила Абигайль на первый вопрос, подтвердив догадку Рины. — А ребята наверху, они всегда уходят в свою комнату, когда кто-то приходит в гости.

— И правильно делают, — согласилась Северина. — Нечего им тут маячить, мало ли.

— О принцесса! Ты не забыла о своих верных паладинах! — Рейнард спускался по лестнице, улыбаясь Северине. Следом шёл Люпин и Рина подозревала, что радость в его глазах вызвана скорее тем, что она принесла зелья, чем самим фактом её прихода.

— Рейнард, тебе должно быть стыдно, — улыбнулась мисс Снейп, отцепляя от себя друга, слишком для слизеринца бурно выражающего свою радость. — Твоя невеста будет недовольна, если я отправлю ей свои воспоминания о нашей встрече. Так что берегись, у меня есть, чем тебя шантажировать.

Мальсибер с хитрой улыбкой отпрянул от неё, изобразив ужас, и Абигайль рассмеялась, тут же поддержанная Севериной.

— Ну, а меня ты давно держишь на крючке, — произнеся эту двусмысленную фразу, Люпин мягко улыбнулся и продолжил: — Ты принесла?

— Конечно, не сомневайся, — Северина вытащила из сумочки три средних размеров стеклянные бутылочки тёмно-зеленого цвета, в которых густо колыхалось зелье. — На три дня, как обычно.

— Что это? — заинтересовалась Абигайль, и Рина мысленно взвыла, сообразив, что ни Тобиас, ни Абигайль не знают ничего о проблеме Люпина. А узнав, захотят ли они терпеть рядом оборотня?

— Ремус болен, — осторожно подбирая слова, проговорила Рина, — это лекарство, его надо принимать три дня в месяц…

— Я проведу эти дни в родительском доме. Правда, дома там почти нет, зато специально оборудованная комната в неплохом состоянии.

— Но тебя там могут ждать, — возразила Рина. — Если те, кто к нам приходил, заинтересовались твоим исчезновением…

— К вам приходили? Кто, авроры?! — Рейнард растерял всю свою весёлость. — У вас всё хорошо? С Севом ничего не случилось?

— Судя по их действиям, по всем нам плачет Азкабан, — Северина попыталась перевести всё в шутку, но затея не удалась.

Заинтересованная Абигайль приказала ей немного помолчать и отправилась на кухню, забрав с собой постояльцев. Рина могла только удивляться, как ловко эта дама командует двумя магами. Через некоторое время все устроились в гостиной с чаем и Аби, тяжело, но удовлетворенно вздохнув, милостиво разрешила Рине начать рассказ.

События, произошедшие в ночь их бегства в магловский мир, произвели на Люпина и Мальсибера тяжёлое впечатление.

— Знаешь, Рина, — осторожно начал Рей, узнав подробности, — мне кажется, что это не соседи. Слишком уж быстро появились авроры. Возможно, на вас уже имели виды, а тут я заставил их поторопиться. Но они просто не ожидали, что вы так быстро уберёте меня из дома.

— Сколько проблем от вашего сгинувшего предводителя! — возмутилась Северина. — Взбаламутил всех. И что ему не жилось спокойно?!

— Вот этого я не знаю, — покачал головой Мальсибер, — к тому же я не вхожу в его организацию, а отец с некоторых пор совсем не делился со мной информацией.

Волшебники, услышав слова друга, потеряли дар речи, а Абигайль, почувствовав интригу, замерла с чашкой остывающего чая в руках. Реальная жизнь волшебников оказалась намного интересней её сериалов.

— Помнишь, вы вытащили меня в кино? — спросил Рей, убедившись, что Рина не спешит задавать вопросы сама.

— Мы вытащили?! Да ты сам захотел! — отмерла та, всё ещё таращась на друга.

— Ладно, ладно, сам, — не стал спорить Мальсибер. — Так вот, я оценил перспективы борьбы с ними, а то, что рассказывала ты, оказалось правдой. Я потом специально ещё узнавал. Доставал магловские книги, а на каникулах вообще удрал из дома в Лондон.

Папаша меня, правда, быстро выловил, и никто из его окружения даже не узнал. Но после порки он захотел выяснить, зачем я так поступил. Вот тут я и вывалил на него все вопросы, которые роились у меня в голове.

Как бы мой отец не был предан Лорду, он всё же мой отец. С окклюменцией у меня дело обстоит плоховато, так что папаня сразу понял, что если представит меня соратникам, то запросто может лишиться сына, а я у него единственный наследник.

Рей горько усмехнулся, видимо, задумавшись об отце, сидящем теперь в Азкабане.

— Уж как он объяснял, что я недостоин ещё носить звание УпСа, я не знаю, но метку я не получил…

— Метку? — перебила Абигайль.

— У каждого сторонника Лорда на левом предплечье имеется его метка — змея, выползающая из черепа, — любезно просветил её Рей.

— Я что-то слышала, но не знала в подробностях, — задумчиво кивнула Рина. — И именно поэтому Северуса заставили закатить рукав…

— Думаю, авроры были шокированы, когда Фиона показала ручку сына, — засмеялся Рей и все тут же подхватили смех, сбрасывая напряжение.

— Так почему ты тогда скрываешься, если невиновен? — отсмеявшись, уточнила Рина, совсем перестав понимать, что произошло.

— А кого это сейчас волнует? Мой отец в Азкабане, метка у него имеется, если там же окажусь и я, наши деньги перейдут дальней родне или министерству.

— Но ведь гоблинам плевать на свары волшебников? — возразила Рина.

— Да, им плевать, но дом в Гринготтс не спрячешь, как и мастерские, и земли. Вот я и предпочёл исчезнуть…

— А как же твоя невеста? — удивилась Рина. — Разве её семья не должна помогать тебе?

— Невеста? Нет у меня невесты! — рявкнул Мальсибер, но спохватившись, улыбнулся Северине: — Бросила она меня, когда узнала, что отца посадили в Азкабан. Не нужны ей в родне убийцы…

Люпин посмотрел на Мальсибера, который неожиданно оказался соперником, и уныло вздохнул, сразу сообразив, чем ему это грозит. Хотя он уже давно ни на что не рассчитывал…

— А что за лекарство ты принесла? — чисто интуитивно Абигайль, почувствовав напряжение, решила сменить тему, только выбрала она совсем не подходящий повод…



Рина, вернувшись домой, посчитала, что всё у них складывается очень хорошо, как будто каждый хлебнул зелья удачи, да не по одному глоточку. И Рей оказался не Пожирателем, и Ремусу разрешили остаться в доме, поверив в её утверждение, что зелье, которое она принесла Люпину, позволит ему находиться в твёрдой памяти и не мечтать о том, чтобы растерзать ближнего своего.

Правда, Ремус сам настоял на подвале, и Абигайль разрешила навести там порядок. Тобиас, узнав об особенности постояльца, был не очень доволен, но жена быстро сумела его убедить, что ничего страшного не случится.

Он поверил, но дверь подвала решил укрепить. Люпин, глядя на Абигайль глазами побитого щенка, для полной надёжности предложил посадить его на цепь.

Та возмутилась, но Тобиас проникся идеей, а Рина сбежала, не оставшись на ужин, упирая на то, что уже поздно, и как бы её столь долгое пребывание в гостях не вышло боком. Ей, правда, предлагали остаться переночевать, но она не согласилась, так как Сев сейчас, скорее всего, уже сильно волновался.

Брат, вероятно, догадался, куда она делась, но всё же рисковать, что он посреди ночи перебудит всех окрестных маглов, заявившись сюда, разыскивая её, не хотелось. Зная его импульсивность, она опасалась, что Сев может нарушить всю конспирацию.

Так что, распрощавшись с Абигайль и Реем, который поцеловал ей руку, загадочно мерцая глазами в полутёмном коридоре, она выскочила за дверь, не дожидаясь, когда обсуждающие меры безопасности Тобиас и Ремус обнаружат, что она уходит.

Пройдя пару улиц, почти пустых в это время, учитывая мерзкую погоду, Рина забралась в первый подвернувшийся ей автобус и доехала до конца маршрута, желая оказаться как можно дальше от Снейпов.

Отойдя от остановки в тень, она аппарировала, сразу же появившись на заднем дворе своего дома. Войдя в него, она тут же попала в объятия брата и Фионы, на два голоса принявшихся упрекать её в безответственности. Её слова о том, что ничего не случилось, а предупреждать она не стала, опасаясь, что Северус её просто не отпустит, решив идти сам, и провалит всю конспирацию, не были приняты в оправдание.

Но и Сев, и Фиона жаждали узнать, как обстоят дела у Рея с Ремом, так что нотация не длилась долго. Северус опасался, что тем двоим сложно будет найти общий язык и с друг другом, и с Тобиасом, который не любил магию. Рина поспешила успокоить брата.

Маги всё ещё не поубивали друг друга, а Тобиас за прошедшие годы превратился в другого человека, хотя Севу, может быть, и будет трудно принять эти изменения. Ведь брат ещё помнил его скандалы с матерью по поводу колдовства.

Как бы не было Северине больно, но ей пришлось сказать брату, что в браке многое зависит от женщины. И то, что Тобиас не хотел даже слышать ничего о магии, живя с Эйлин, возможно, говорило лишь о том, что он не любил её настолько, чтобы терпеть её инаковость.

Но был возможен и другой вариант — он действительно любил, поэтому ревновал, боясь, что Эйлин его бросит и уйдёт в свой мир.

В браке же с Абигайль между ними не стояла магия, поэтому её восторги по открывшейся тайне его детей не давали такого негативного результата. Он знал, что жена не бросит его потому, что он магл, а она ведьма, а значит, мог спокойно относиться к тем, кто от него отличался.

А может, он просто изменил свои взгляды на жизнь после того давнего случая, когда по вине Рины попал в больницу. Гадать можно было долго, но итог был один — Тобиас нашёл общий язык и с чистокровным волшебником, и с оборотнем, и мисс Снейп очень радовал этот факт.

***

Рассказ Рины о том, что Мальсибер не пошёл по стопам отца, очень порадовал Снейпа, который, стоило признать, очень переживал за друга, хоть старался и не показывать этого.

Эйвери тоже оказался в аврорате, но так же, как и Люциус, заявил о том, что находился под империусом. В том, что те двое выкрутятся, Северус был уверен, а вот в отношении Рейнарда у него были самые мрачные мысли.

Почему-то Снейп был уверен, что Мальсибер поддерживал идеи, выдвигаемые Лордом, и новость о том, что друг оказался умнее, чем он о нём думал, была просто отличной.

К тому же, ему тоже было о чём рассказать сестре.

— Мне написала Нарцисса, — сообщил он с таким видом, как будто это великая тайна. — Люциус уже дома. Его признали невиновным, так как он был под заклятием. Она просила сварить для него несколько лечебных зелий.

— Дамблдор призвал волшебников дать оступившимся второй шанс, — Фиона тоже делилась новостями. — Вместе с Люциусом отпустили ещё нескольких, среди них Эйвери и Нотт…

— Так что наш родственничек уже на свободе, — не сдержал ехидную улыбку Северус.

— Это ты про Малфоя или Нотта? — уточнила Рина.

— Про обоих, — согласился Сев. — Оба хороши, но сумели вывернуться. Настоящие змеи.

— Да и деньги водятся, а это имеет немаловажное значение, — поддержала Фиона. — Кстати, призыв Дамблдора о втором шансе напечатали в сегодняшнем «Пророке». Там победитель Гриндевальда явно намекает на свои прошлые заслуги и даёт понять, что в нынешней победе сыграл не последнюю роль.

— Почему Лорд вообще поперся туда один? И откуда Дамблдор знает, что ребёнок Поттеров остановил аваду?— Северус в недоумении пожал плечами.

Этот ребёнок ему не нравился. Лили погибла, пытаясь спасти его. Но Северус понимал, что если бы они с Фионой оказались на месте Поттеров, то тоже бы закрывали Санди собой. Хотя Снейп, в отличии от Поттера, не встретил бы Лорда с пустыми руками и дорого продал бы свою жизнь, так что за это время Фиона могла бы и сбежать, прихватив сына.

— Вообще, у меня создалось такое впечатление, что директор видел всё своими глазами, — Фиона тоже была в недоумении по поводу этой статьи, в которой уже не в первый раз рассказывалось, каким образом маленький мальчик победил Неназываемого. — Иначе откуда ему знать такие подробности? Но в этом случае возникает вопрос, почему он не спас своих учеников, которые, как утверждает Дамблдор, вместе с ним боролись против Пожирателей?

— Всё это написано в «Ежедневном Пророке»? — удивилась Рина. — Вот что значит, решила сегодня обойтись без газет! Столько интересного пропустила! А за Люциуса я рада. Уверена, что если он и совершал что-либо плохое, то он раскаивается.

Снейп покачал головой. Он прекрасно понимал, что всем, что сейчас имеет, он обязан своей сестре. Не появись она и, возможно, Северус сидел бы сейчас в Азкабане рядом с Лестрейнджами и остальными. И в большинстве случаев Рина была очень хитрой и умной, но иногда удивляла его своей наивностью. Но ведь изредка она могла её себе позволить?..

@темы: Фанфики