Аспер_


Северус Снейп закончил варить антиликантропное и перелил его в кубок, собираясь отнести «коллеге». Присутствие в замке оборотня очень напрягало зельевара, так что он был очень рад, отправив жену в поместье.

Но чёртов оборотень не переставал портить ему настроение. Вот и сегодня он не смог навестить семью, весь день провозившись сначала со слизеринцами, решая накопившиеся вопросы, а потом с зельем, которое его обязал варить директор, дабы обезопасить детей.

Жена должна была вот-вот родить и он чувствовал, что сегодня его присутствие было бы очень кстати. Как назло и Родерик был назначен дежурным преподавателем и не мог покинуть Хогвартс.

Выйдя из лаборатории, Северус обнаружил, что крыса, которую он вчера изъял у Уизли и собирался проверить, таинственным образом исчезла вместе с клеткой с анти-анимагическими чарами. Он вспомнил, что сегодня к нему приходил владелец странного животного и пытался вернуть зверька себе, естественно, безуспешно.

Так же совсем недавно заявилась Гермиона Грейнджер по вопросу, связанному с процессом варки изучаемого сейчас третьим курсом зелья. Снейп удивился, что они сами явились к нему, но не придал этому значения, попросту выгнав наглецов.

Северус про себя помянул недобрым словом Мерлина и гриффиндорцев, которые уже второй раз были заподозрены в краже, и решил, что всё равно проверит крысу, уже почти будучи уверен в том, что это анимаг.

Посреди Большого зала это будет сделать не в пример нагляднее и пусть потом Уизли пеняют на самих себя…

Повернув в коридор, который вёл к комнатам Люпина, он увидел только мелькнувшую вдалеке мантию недоволка. Обеспокоившись, куда тот собрался в ночь полнолуния, Северус решил проследить за ним, подозревая, что Ремус всё же может попытаться встретиться с Блэком, явно крутящемся где-то поблизости, невзирая на дементоров.

Кубок с зельем был немедленно трансфигурирован во фляжку. Посетовав, что из-за безалаберности Люпина зелье стало хуже, Снейп поспешил за оборотнем, и успел как раз вовремя, чтобы увидеть, как на троих гриффиндорцев, идущих в сторону сторожки Хагрида, напала большая собака, пытаясь вырвать что-то из рук Рона Уизли.

Когда же ей это не удалось, она просто потащила рыжика, упорно не отпускавшего так интересующий пса предмет, в сторону Дракучей ивы, где и скрылась в так хорошо известном Северусу лазе.

Всё это зельевар рассмотрел, спеша на помощь ученикам, правда, прикрывшись дезиллюминационными чарами, не желая показываться спешащему туда же Люпину. Пусть сам спасает тех, кто считает его отличным профессором. У Снейпа же к нему накопился немаленький счёт, включая сравнительно недавнюю выходку с боггартом.

Оставшиеся гриффиндорцы кинулись на выручку другу, туда же, в лаз, следом за ними юркнул и Люпин. Зельевар как можно тише последовал за ними и, никем не замеченный, остановился в дверях.

События, свидетелем которых он стал, были весьма интересными. Собака оказалась анимагом, в котором Снейп узнал давно разыскиваемого аврорами Сириуса Блэка. Тот сразу же принялся убеждать детей и оборотня в своей невиновности, доказывая, что крыса Уизли — это их с Люпином бывший друг Питер Петтигрю.

Северус быстро сопоставил факты и пришёл к выводу, что все эти годы Блэк просидел в Азкабане по собственной глупости. Что мешало ему удрать раньше или попытаться доказать собственную невиновность? Но его, видимо, совсем не волновала судьба собственного крестника и он удрал, только когда узнал о крысе.

Странное поведение его давнего недруга интересовало его сейчас в последнюю очередь. Северус, одолеваемый жаждой мести предателю Петтигрю, послал в крысюка обездвиживающее заклинание и снял с себя маскировку, появляясь перед изумлённой компанией.

— Так, так, кого я вижу?! Трое безмозглых учеников, один безалаберный профессор, беглый преступник и крыса, которую сегодня некто украл у меня из кабинета, не дав проверить на анимагию. Как я понимаю, эта крыса является вашим дружком Петтигрю… Очень интересная компания.

Как отреагирует общественность, узнав, что оборотень не только работал профессором, но и укрывал опасного преступника, убившего двенадцать маглов, а так же не смог опознать в крысе, принадлежащей ученику, своего бывшего дружка?

— Не тебе меня судить, ты, грязный Пожиратель! — оскалился Блэк на Снейпа, нацелившего палочку на него и Люпина.

Разозлившись на беглеца, Северус совсем упустил из виду тройку недоумков, за что в следующий момент и поплатился. Трио, услышав о том, кем является их самый ненавистный преподаватель, слаженно гаркнуло «экспелиармус» и отправило зельевара в полёт, вырвав у него из рук палочку и выбив дух.

Врезавшись в стоящий в дальнем углу шкаф, Северус сильно ударился головой и почувствовал резкую боль в спине. Через секунду мир вокруг померк и Снейп отключился.

***

— Я ещё не совсем точно знаю, что произошло, — говорил Родерик, сидя с бокалом виски в окружении внимательно слушавших его родных, которые также успокаивали нервы разнообразными напитками.

В соседней комнате спала Натали, которую Гертруда усыпила, посчитав, что сейчас ей волнения совсем не нужны. Новорожденная девочка сопела и сонно причмокивала в колыбельке рядом с матерью.

— Я отправился искать Северуса, когда появился патронус, и с удивлением обнаружил, что его нет в замке. Поисковые чары указывали куда-то в сторону Визжащей хижины. Оказавшись на месте, я услышал жуткий вой и крики детей, а потом неподалёку появились дементоры…

Поспешив на крики, я обнаружил жуткую картину. Оборотень терзал одного из школьников, а двое других пытались безрезультатно прогнать или отвлечь его. Судя по всему, навредить пострадавшему у меня бы уже не вышло, поэтому я, не задумываясь, бросил в тварь заклинание, которым со мной недавно поделился Северус.

Оно попало очень удачно, с первого раза отделив голову оборотня от тела. Подбежав к ученикам, я убедился, что Рону Уизли, а это именно он был жертвой оборотня, уже ничем не поможешь, двое остальных оказались целы. Это ожидаемо оказались друзья мальчика — Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер.

Послав патронусы в Хогвартс директору и медиведьме, я попытался узнать, где Северус. В этот момент на нас налетели дементоры и пришлось обороняться теперь от них. Появившийся через пару минут директор отогнал дементоров и организовал поиски возможных жертв.

Неподалёку, на берегу озера, был найден беглый преступник Сириус Блэк, поцелованный дементором, а в хижине я обнаружил Северуса, который, к моей радости, оказался жив, хотя и получил перелом позвоночника и сотрясение мозга. Мадам Помфри отправила его в больничное крыло следом за двумя гриффиндорцами, которые, как я понял, как раз и являлись виновниками его плачевного состояния.

Я же немедленно вызвал авроров, хотя директор, как мне показалось, был не очень этому рад. Итог этой ночи таков — один погибший ученик, один убитый оборотень, в котором директор не захотел узнать нанятого им же профессора Люпина, двое детей с нервным срывом, Блэк, от которого осталась только оболочка, и Северус под присмотром мадам Помфри, которая молчит о его состоянии. В сознание он ещё не приходил, я попытался настоять на госпитализации в Мунго, но увы…

Показания я уже дал и мне, наконец-то, удалось вырваться к вам.

— Я немедленно отправляюсь в Хогвартс, — произнёс лорд Принц, вскакивая с кресла, — мой внук должен поправиться и мне плевать, чего хочет или не хочет Дамблдор!

— Но насколько я знаю, ни Северус, ни вы не желали, чтобы о вашем примирении стало известно директору? — остановил порыв Аурелиуса Родерик.

— Сейчас не время для наших шпионских игр, — не согласился лорд Принц, — я пойду и заберу внука.

— Я вызову отца, — сказал Родерик. — Он не откажет в помощи и мы заберём Северуса из Хогвартса под присмотр семейного колдомедика. Дамблдор не посмеет возразить.

— Что вы скажете Натали? — успокоившись в отношении Северуса, тётя Сильвана теперь волновалась только о том, чтобы из-за переживаний у молодой матери не пропало молоко.

— Пока ничего, она проспит ещё часов шесть, к этому времени, надеюсь, Северус уже будет здесь, — успокоила всех Гертруда.

И все обитатели Принц-холла поспешили по своим делам — Родерик звать барона фон Корфа, а Гертруда с Сильваной в спальню Натали, куда заботливые домовики уже перенесли хозяйку и новорожденную.

Лорд Принц отправился в кабинет — успокаивать нервы стаканчиком Огденского, ждать появления полуживого внука и предаваться раздумьям, почему же Апартаменты Наследника, которые никогда не подводили прежде, уже второй раз поспособствовали тому, чтобы первыми на свет появились девочки.

Возможно, это неспроста, а может, дело в том, что чары ослабели или где-то повредилась руна… кто знает… Но рождение сначала его дочери, а теперь и правнучки говорило ещё и о том, что внука надо вылечить и снова озаботить продолжением рода.

***

— Добрый день, директор Дамблдор, — поздоровался с Альбусом представительный мужчина с явно военной выправкой, пришедший в его кабинет вместе с Родериком Корфом. — Позвольте представиться, барон Фридрих фон Корф. Узнав о проблемах со здоровьем моего родственника, профессора Снейпа, я поспешил в Англию. Я забираю Северуса, мой колдомедик быстро поставит его на ноги.

Дамблдор попытался вставить реплику, но Фридрих не дал ему это сделать, просто констатируя факт и не собираясь вступать в дискуссию. Но директор всё же ввернул словечко.

— С Северусом не всё так гладко… боюсь, что в таком состоянии ему будет противопоказано покидать Англию, да и авроры… — Альбус укоризненно посмотрел на Родерика, будто упрекая того в поспешности и недальновидности.

— Я и не собираюсь забирать его в Европу. У мистера Снейпа, насколько я знаю, есть дом в Англии. Моему колдомедику не составит труда навещать его там, а авроры смогут задать свои вопросы, когда он придёт в себя. Насколько я знаю, его следует считать даже не свидетелем, а пострадавшим… Нападение учеников на учителя у нас, в Дурмстранге, карается очень строго.

А вот мой сын как раз является тем, кто сможет рассказать об убийстве ученика профессором, оказавшимся оборотнем. В общем, директор, я хочу увидеть своего родственника. Потрудитесь предупредить вашу медиведьму, чтобы она открыла камин.

Сказав это, барон фон Корф развернулся и вышел, оставив Альбуса негодовать на наглого немца, который лезет не в своё дело. Снейпа придётся отпустить на лечение и ему, Альбусу, остаётся только надеяться, что зельевар не сорвётся с крючка.

Злость на неизвестного благодетеля, поспособствовавшего браку Снейпа с этой Корф, заставила Альбуса исходить желчью. Как этот брак был не вовремя и родственники оказались сильным и многочисленным родом, которому было плевать на его борьбу со злом. Чистокровные фанатики, не понимающие Альбуса и не желающие прислушиваться к нему.

Ему с трудом удалось привязать к себе Снейпа, сделать обязанным и он был уверен, что тот, коря себя за смерть подруги, будет послушным орудием в его руках. Появление у зельевара жены никак не входило в планы Альбуса.

Все фигуры были расставлены, оставалось только ждать, упиваясь собственным умом и, хоть для него и было это мелко, радоваться тому, что от него зависит жизнь человека, предок которого когда-то отказал Альбусу, разбив его первое, нежное чувство.

***

Появление фон Корфа в больничном крыле прошло почти незаметно. Двое гриффиндорцев, по самые уши накачанные успокоительными зельями, спали, лишь иногда вздрагивая во сне. Авроры, уже забрав тела Рона Уизли и Ремуса Люпина, а также уведя безучастного ко всему Сириуса Блэка, удалились. Северус лежал в специальной комнатке, которая издавна использовалась для болеющих профессоров.

Именно туда направились оба Корфа, но были остановлены мадам Помфри.

— Профессор Корф, что вы здесь делаете и кто это с вами? — медиведьма перегородила дорогу.

— Я барон фон Корф. Директор знает о моём посещении, я пришёл забрать мистера Снейпа. Будьте добры открыть камин, мой колдомедик уже заждался…



Северус очнулся через два дня в собственной спальне собственного же дома в Тупике Прядильщиков. Первое, что он увидел, когда открыл глаза — аппетитную грудь и резко постройневший стан собственной жены, которая как раз в этот момент нагнулась, чтобы поправить ему подушку.

— Кто? — прошептал Снейп, чувствуя, что в горле раскинулась во всю ширь пустыня Сахара.

— Девочка, — улыбнулась Натали, приманив к себе стакан с водой и постаравшись как можно аккуратнее напоить мужа. — Я хотела назвать её Эйлин, но решила подождать твоего согласия.

Во время беременности они не обсуждали вопрос с именем и она выбрала несколько вариантов как для девочки, так и для мальчика, но решение оставалось за мужем. Снейп задумался на миг и произнёс:

— Только если вторым именем… Нет, не стоит, матери оно не принесло удачу…

— Как же тогда? — миссис Снейп замерла, ожидая приговора.

Называть дочь Лили ей совершенно не хотелось, но если Северус так решит, то что ж, так тому и быть…

— Придумай сама, — проговорил зельевар и получил нежный поцелуй от благодарной жены.

— Тогда, может, Эрис? И надо второе имя, да? У нас-то второе не дают, указывают имя отца…

— Ну, у нас принято давать как минимум два имени, — произнёс зельевар. — Эрис мне нравится…

— А вторым Присцилла?.. — поинтересовалась Натали, вспомнив, что прабабку Северуса звали именно так.

— Эрис Присцилла Снейп?.. Хорошо, давай так и назовём, — согласился Северус и попытался пошевелиться, не желая более лежать в кровати.

Он не привык показывать слабость ни перед кем, даже перед собственной женой. Надо было встать и пойти посмотреть на дочь, а также провести ритуал имянаречения, чтобы она могла появиться на родовом гобелене. Это мог сделать и дед, как глава рода, но Северус уже давно настоял на том, что это его прерогатива.

Попытка подняться на ноги не увенчалась успехом. Ног Северус почти не чувствовал…

— Северус, успокойся, — поспешила сказать Натали, увидев отблеск паники, мелькнувший на мгновение в глазах мужа. — Всё нормально, функции спинного мозга уже восстанавливаются и скоро ты сможешь ходить. Аурелиус, по рекомендации колдомедика Корфов варит тебе специальное зелье и ты уже идёшь на поправку. Полежи спокойно, а я принесу тебе Эрис…

— Что случилось? — Снейп вспомнил, что произошло в хижине, и многолетняя привычка присматривать за поколениями оболтусов дала о себе знать. Тем более, участниками событий было Золотое трио.

— На тебя напали ученики… — начала Натали, не зная, как сказать о произошедшем.

— Это я помню! Как всегда, отличилась троица безмозглых идиотов, — перебил её Северус.

— Ты сильно ударился головой и спиной, получив сотрясение и перелом. Фридрих забрал тебя от бдительной, но несколько некомпетентной в вопросе твоего лечения мадам Помфри и перенёс в наш дом. С тобой хотят побеседовать авроры… и Альбус приходил пару раз…

— Почему авроры? Неужели Альбус решил наказать отчислением своё нежно лелеемое трио за нападение на меня?

— Дело в том… — Натали решилась. — Люпин обратился… Дети пытались его остановить… Блэк тоже пытался, но дементоры…

Снейп, окаменев, ждал, что скажет жена дальше. Неужели он не смог сберечь несносного мальчишку, защита которого была навязана ему Альбусом? Единственное напоминание о Лили и о его, Северуса, прегрешении…

— Люпин убил Рона Уизли, а подоспевший Родерик убил оборотня, спасая остатки Трио. Ни Поттер, ни Грейнджер физически не пострадали, чего нельзя сказать о психическом состоянии. Сейчас, насколько я знаю, мадам Помфри присматривает за ними.

У них нервный срыв и магическое истощение, Министерством рассматривается вопрос о некоторой корректировке воспоминаний. Блэка поцеловал дементор, а Альбус временно отстранён от должности, но, сдаётся мне, что он вывернется…

Новости, рассказанные женой, были ужасны. Всё-таки директор заигрался со своим ручным волком и последствия его поступков вызывали шок. Если уж Дамблдор совершенно не озаботился безопасностью того, кому спускал все шалости и хамство, то что можно говорить о простых волшебниках, чьи жизни Альбус, не задумываясь, положит на алтарь гипотетической победы.

Пока Северус обдумывал услышанное, Натали успела уйти и вернуться со свёртком в руках. В ворохе кружевных пелёнок тихо посапывала Эрис…

— Северус, смотри, это твоя дочь, — Натали поднесла ребёнка к кровати и положила девочку на руки мужу, который, как ей показалось, боялся даже дышать, неумело прижав к груди крохотный комочек.

Чувство любви и счастья затопило Натали. Её муж и её дочь… Семья… Пусть и созданная не совсем добровольно, но женщина видела, как смотрит Северус на их дочь и была уверена, что он, также как и она, рад появлению Эрис в их жизни.

И пусть впереди их ждала неизвестность, но Натали знала, что постарается обезопасить свою семью и не сомневалась, что её муж сейчас думает так же.

***

На второй день после того, как Снейп очнулся и узнал новости, их посетили авроры. Хотя они и не были первыми. Родерик с Гертрудой навестили их дом в первый же вечер, а Фридрих передал пожелание скорейшего выздоровления через колдомедика. Потом заглянули Малфои.

Аурелиус, когда-то поклявшийся не переступать порог их дома, злился на самого себя, сидя в поместье. На несколько дней компанию ему решила составить Сильвана, предупредив, что потом переберётся к Снейпам.

Поверенный Принца уже подыскивал дом в Хогсмиде, в который смог бы переехать внук с семьёй. Впоследствии, когда Северус, уже не скрываясь, объявит себя наследником рода и переедет в поместье, дом в Хогсмиде отойдёт в приданое Эрис.

Об этом следовало позаботиться ему, дабы правнучка имела возможность выбирать женихов из лучших семейств. Уж он постарается, чтобы среди достоинств юной Эрис не числилась только чистокровность.

***

— Ну что, Снейп, готов отправиться в Азкабан? — поприветствовал зельевара, сидящего в кресле, вошедший в гостиную Аластор Моуди.

— С чего ты взял, что меня там ждут? Если ты забыл, то я напомню — не я напал, а на меня напали ученики, и хоть один из них уже поплатился за собственное безрассудство, но двое оставшихся, как я понимаю, сейчас являются кандидатами на отчисление. И я буду очень рад, больше не увидев их в Хогвартсе.

Невозмутимый Северус, по своей давней привычке, сложил на груди руки. Сидя это выглядело не так эффектно, но иронично поднятая бровь несколько повысила градус. Присутствующая при разговоре Натали возмущённо посмотрела на аврора, который был одной ногой уже в отставке.

Волшебный глаз Аластора бешено вращался, наводя на неприятные мысли о том, что, возможно, и была правда в утверждениях, что Грозный Глаз видит всё даже через одежду.

Хотя ей стесняться было нечего. Её фигура, благодаря помощи Гертруды, и после родов сохранила прежнюю привлекательность, так что, если слухи правдивы, то пусть извращенец смотрит и завидует.

Уж ему-то, параноику с жутким лицом, совсем не светит внимание женщин, если они, конечно, не представительницы одной древнейшей профессии, обитающие в Лютном.

Попытка обвинить её мужа заставила Натали гневно поглядеть на аврора. Тот, ухмыльнувшись и дав этим понять, что заметил её недовольство, обратился к Снейпу:

— Нам надо поговорить наедине.

Миссис Снейп хотела уже возмутиться, но муж послал ей предупреждающий взгляд и она поняла, что лучше будет подчиниться его последующим требованиям.

— Натали, дорогая, не могла бы ты нас оставить? — произнёс Северус и она, изобразив хорошо воспитанную аристократку, покинула комнату, в душе призывая на голову Моуди разнообразные проклятья, и надеясь, что хоть часть разговора удастся узнать позже.

***

— Что ты мне хотел сказать такого, что не может услышать моя жена? — иронично подняв бровь, спросил аврора Снейп.

— Не забывайся, щенок, и не забывай, кому ты обязан своей свободой. Я слежу за тобой и всё ещё надеюсь отправить в Азкабан, стоит тебе только оступиться. Альбус слишком мягок к таким, как ты, — проговорил Моуди и проковылял к дивану, с которого пару минут назад встала Натали.

Северус ненавидящим взглядом проследил за ним, мечтая отравить или заавадить «соратника».

— Альбус собирается доказать, что оборотень, убивший Уизли, пробрался в окрестности Хогвартса из Запретного Леса и не является профессором Люпином, который незадолго до этого оставил преподавание по причине слабого здоровья. Очень удачно, что тело оборотня исчезло с места происшествия. Что же касается Блэка, то наконец-то беглого преступника обнаружили дементоры.

Но если ты или твой родственничек Корф попытаетесь настаивать на собственной версии событий и на исключении Поттера и грязнокровки из Хогвартса, что также может привести к снятию директора со своего поста, то Альбус не будет молчать о том, что ты не только знал, что профессор Люпин является оборотнем, но и варил ему антиликантропное зелье, а также замещал на уроках во время полнолуния.

Бедный наивный директор даже не подозревал, что бывший Пожиратель не раскаялся и обманул его доверие, протащив в Хогвартс тёмную тварь, желая уничтожить Поттера и мстя за смерть своего хозяина.

Снейп, по окаменевшему лицу которого ничего нельзя было понять, тем не менее, испытывал ужасные муки. Уже зная, на что способен директор, он прекрасно понимал, что угрозы Аластора не беспочвенны, и если всё будет так, как пообещал аврор, то он действительно попадёт в Азкабан.

А туда не хотелось до дрожи… Воспоминания о месяце, проведённом там после падения Лорда, холодили кровь и заставляли сжиматься сердце. И у него теперь была семья… Что будет с его женой и новорожденной дочерью, если его упекут в тюрьму или отдадут дементорам.

Умом он понимал, что и Корфы, и дед не дадут его семью в обиду, в крайнем случае даже вывезя их из Англии, но он не желал расставания с ними. Хотя, если быть честным, то больше всего его страшил Азкабан. До ужаса…

Он не был уверен, что во второй раз выдержит атмосферу этого гиблого места. Дементоры сведут его с ума, ведь к воспоминаниям о Лили и вине за её гибель прибавятся и опасения за судьбу Натали и Эрис.

И он принял решение. Он не гриффиндорец, чтобы бросаться на сильного врага не взирая ни на что.

— Передай Альбусу, я промолчу о своём участии в тех событиях и не буду настаивать на наказании учеников. Также я поговорю с Корфом, — почти прошипел Снейп, зло сжимая зубы и некрасиво кривя рот, ощущая, как бессильная ярость затапливает его душу, грозя перелиться через край.

Аластор усмехнулся и, стуча своей деревянной ногой по такому же деревянному полу, отправился к выходу, не удостоив больше зельевара ни взглядом, ни словом. Северус, вцепившись в подлокотники кресла, пытался утихомирить бурю, бушевавшую внутри него и грозящую вылиться в стихийный выброс, чего Снейп не позволял себе с детства.

***

Стоявшая у окна Натали, убедившись, что Моуди ушёл, аппарировав, едва выйдя за калитку, поспешила вниз, чувствуя беспокойство и желая как можно быстрее оказаться возле мужа.

Распахнув дверь и вбежав в гостиную, она еле успела увернуться от пролетевшего мимо неё кувшина с водой, метко пущенного в дверь побелевшим от злости Северусом. Кувшин, не встретив препятствия в виде двери, врезался в противоположную стену коридора и осыпался мелким крошевом осколков, залив водой обои и пол.

Миссис Снейп, чудом избежавшая смерти, кинулась к мужу, который с нескрываемым ужасом смотрел на жену, невольным убийцей которой он едва не стал. Она же, подбежав, оседлала его колени, стремясь прижаться как можно ближе к наглухо, как обычно, застёгнутому на все пуговицы мужу, желая поделиться своим теплом и заботой.

Впившись в сжатые губы мужа поцелуем, она отдавала ему свою любовь и поддержку, мысленно обещая всегда быть рядом, и её магия, разворачиваясь, как тёплый шарф, окутывала зельевара и согревала его кровь, заставляя её быстрее бежать по венам, приливая к щекам и губам, переставшим быть белыми.

Больше не сопротивляясь ласке, Северус принял дар жены, впитывая магию Натали и сминая её губы поцелуем.

Наверху, в детской, сладко спала Эрис, чувствуя любовь и не зная о тех невзгодах, что ждали их семью в возможном будущем…



В Хогвартс Северус вернулся в середине апреля, хотя колдомедик настаивал на продолжении лечения. Но Снейп, не привыкший болеть, рвался к своим котлам и пробиркам, да и Альбус уже зачастил к ним в гости, намекая, что пора бы декану Слизерина и зельевару приступить к своим обязанностям.

Во время визитов директора Натали, если оказывалась с малышкой в гостиной, демонстративно поднималась и уносила ребёнка, ссылаясь на русские обычаи, по которым никто, кроме ближайших родственников, не может видеть новорожденную.

Уложив Эрис в колыбель, она оставляла её на попечении Минки и возвращалась в гостиную, настороженным взглядом следя за директором.

В первый свой визит Альбус пришёл, как он объяснил, поблагодарить Северуса за проявленное им милосердие к двум провинившимся ученикам и к нему, старому дураку, не просчитавшему ситуацию.

Натали только хмыкнула на эту формулировку и решила не оставлять супруга наедине со старым пауком. Кто знает, что ещё взбредёт директору в голову, а Северусу надо дать время для принятия этой ситуации без влияния доброго Альбуса.

Дамблдор делал вид, что не догадывается о её к нему отношении, но через пару визитов стал всё настойчивее подталкивать Северуса к решению о возвращении в школу. И зельевар, в конце концов, согласился, в глубине души осознавая, что просто хочет сбежать в родные подземелья от заботливой жены и голосистой дочери.

Снейпу, с нетерпимостью относившемуся и к более взрослым человеческим особям, было немного стыдно за то, что он хотел оказаться как можно дальше от этого красного, орущего существа, по недоразумению оказавшегося его дочерью, хотя в то же время он с удовольствием смотрел, как Натали её кормит…

Наверное, как оправдывал так несвойственное ему поведение Северус, ему просто нравилось, что ребёнок молчит…

Впрочем, его решение не удивило никого — ни Родерика с Гертрудой, которые по окончании учебного года собирались вернуться домой, посчитав свою миссию выполненной, и желая наконец-то увидеть своего сына, первый год учившегося в Дурмштранге, ни тётушку Сильвану, которая оставалась в Принц-холле, объясняя своё решение желанием помочь родственнице в воспитании дочери и, что было немаловажно, присмотреть за лордом Принцем.

— Эти мужчины… Они такие неприспособленные. Им обязательно нужен женский присмотр, — объясняла она Натали, убеждая её вернуться в Принц-холл как можно скорее.

Натали было неизвестно, что думал об этом Аурелиус, но что-то ей подсказывало, что он совсем не возражал против того, чтобы фрау Корф осталась в его поместье, присматривать за ним и налаживать быт.

Вот только как тётушка согласится остаться там наедине с мужчиной, после того, как летом Гертруда уедет, а Натали с Северусом переселятся в небольшой уютный коттеджик в Хогсмиде, который им подарил лорд Принц? Всё это было очень интересно, но миссис Снейп решила не заморачиваться ещё и этой проблемой.

Ей и своих сейчас хватало. Надо было переправить в Принц-холл вещи, свои и дочери, а также договориться с Нарциссой о помощи её эльфов-садоводов в перемещении здешнего садика в Хогсмид. Там за домом было достаточно места для того, чтобы разместить все те прекрасные деревья, кустарники и цветы, подаренные леди Малфой в прошлом году.

Как прикинула Натали, после разбивки садика на участке останется ещё место для организации небольшой детской площадки, с качелями, песочницей и небольшим домиком, в котором Эрис сможет играть в куклы, когда подрастёт.

Для будущих же сыновей, которыми она всё же планировала порадовать мужа, потом можно будет добавить ещё разнообразные турники, полосы препятствий и прочие развлечения, которые так нравятся мальчишкам. Правда, летать на мётлах они смогут только в поместье. Участок был для этих целей явно маловат.

Уже мысленно меняя ландшафт принадлежащего им участка, миссис Снейп не стала сильно сопротивляться желанию мужа вернуться в Хогвартс, понимая, что руку следовало держать на пульсе.

При этом, с видимой неохотой согласившись с его доводами, она заставила Северуса пообещать ей, что тот продолжит пить все зелья, назначенные колдомедиком, благо, что он теперь будет варить их сам и уже не сможет отказаться от их приёма, ссылаясь на неправильное изготовление.

Также она высказала желание проводить его в Хогвартс, рассчитывая повидаться с остальными деканами, которых она не видела почти четыре месяца и обсудить её дальнейшую учёбу.

***

«Пророк» в этот период времени превзошёл сам себя. Писал то хвалебные статьи о профессорах Хогвартса, защитивших детей от нашествия оборотней, и призывая внести в Визенгамот проект о полном уничтожении в Британии этой опасной популяции, то прохаживался по директору, который не смог предотвратить трагедию. Хвалили Фаджа и его решение отправить дементоров охранять Хогвартс.

Как писал «Пророк» «благодаря волевому решению министра было предотвращено покушение на Гарри Поттера, которого хотел убить Сириус Блэк, один из самых известных пособников Того-Кого-Нельзя-Называть.

Сбежавший из Азкабана преступник, в своё время приведший неназываемого в дом своих друзей Поттеров, а потом убивший ещё одного своего друга — Петтигрю, и вместе с ним двенадцать маглов, пытался пробраться в Хогвартс, чтобы поквитаться с Мальчиком-Который-Выжил, но дементоры, стоящие на страже школы, не допустили ещё одной трагедии.

Гарри Поттер не пострадал, но мы с прискорбием сообщаем, что погиб Рональд Уизли, шестой сын Артура Уизли. Редакция располагает сведениями, что оборотень, убивший мальчика, был связан с Блэком и поэтому пришёл на территорию Хогвартса, желая помочь преступнику и, возможно, решив воспользоваться случаем для убийства и обращения детей.»

Были интервью с убитой горем матерью, кипели страсти, в домах, пабах и на улицах маги обсуждали сплетни, перемывали косточки Дамблдору или хвалили его, превознося до небес.

В Хогвартс наведались представители Попечительского Совета, пообщались с директором и умыли руки, не желая в очередной раз связываться со светлым магом и прочая, и прочая, но предупредив, что при возникновении ещё одной, уже третьей за последние годы, ситуации, в которой жизнь детей будет подвергнута риску, директора могут и снять, а министерство только поддержит это решение.

Директор ласково улыбался, посыпал голову пеплом, разводил руками и обещал усилить меры безопасности, при этом обращая внимание на то, что юные маги очень любопытны и непоседливы и даже зная, что в тот же Запретный лес ходить опасно и запрещено, все равно чуть ли не каждую ночь пытаются пробраться туда и попадаются профессорам, отлавливающих нарушителей.

Семье Уизли школой была выплачена денежная компенсация и, как было официально заявлено, директором и Советом Попечителей было принято решение о том, что Хогвартс берёт на себя полное обеспечение обучающихся в ней детей этой семьи.

***

Как рассказал Родерик, Молли Уизли, появившаяся в школе через пару недель после произошедшего, была явно не в себе, что было вполне понятно, и громогласно посылая на голову Альбуса словесные проклятия, в конце концов перешла к действиям, наслав на него летучемышиный сглаз и ещё несколько проклятий, а также подпалив бороду.

Утихомирив несчастную женщину, её отправили в больничное крыло, куда следом поспешил Дамблдор, со вселенской скорбью в глазах.

Родерик не знал, удовлетворилась ли Молли тем, что её трое детей, которые продолжат в следующем году своё обучение в Хогвартсе, теперь будут за счёт школы обеспечены учебниками, мантиями и прочими, нужными для учеников вещами, но миссис Уизли в школе больше не появлялась, а Альбус имел хоть и скорбное, но явно довольное выражение лица.

***

— Не смей меня поддерживать, я вполне могу идти сам! — Северус шипел на жену, ухватившуюся за его руку в попытке позаботиться о муже.

— Я и не думала, — возразила зельевару Натали. — Наоборот, это я за тебя держусь. Это надо же, что придумали, от ворот в замок пешком топать! Почему мы не можем подъехать прямо ко входу? Я, если ты ещё не забыл, недавно родила… мне, может быть, тяжело ходить так далеко. У меня, может, анемия и голова кружится!..

Снейп только хмыкнул, глядя на научившуюся язвить и показывать зубы жену, и, мысленно плюнув и вздохнув, покорно протянул руку, чтобы она могла на неё опереться, но Натали, вместо того, чтобы чопорно положить свою руку на руку мужа, просунула ладошку ему под локоть и прижалась покрепче, так что Северус понял — если жена решила облегчить его шаг, то помешать ей сделать это не в его силах.

Денёк был по весеннему тёплый и, хоть возвращение зельевара пришлось на будничное утро, его заметили многие старшекурсники, выползшие из замка, кто подготовиться к экзаменам, а кто просто получить дозу ультрафиолета.

Натали мысленно пожелала Альбусу заполучить чесотку за его выкрутасы с камином в директорском кабинете, который якобы пришлось закрыть по требованию попечителей. Именно поэтому Снейпам пришлось добираться в замок пешком.

Ученики, по многолетней привычке испуганно замирали столбиками под взглядом Северуса, напоминая грызунов, загипнотизированных выползшей на охоту змеёй, и почтительно здоровались, спеша отвести глаза.

Правда, Натали показалось, что слизеринцы, встреченные ими, были рады приветствовать своего декана. И это наблюдение было верным, так как за месяц отсутствия зельевара его факультет потерял большое количество баллов и теперь подопечные Северуса надеялись догнать ушедшие вперёд факультеты. Числиться в отстающих им было невместно.

Почти у самого входа в замок обнаружились и двое гриффиндорцев, с которыми Натали не желала бы видеться никогда. Язык так и зачесался высказать всё, что она думает о Поттере сотоварищи. А именно он вместе с Грейнджер как раз и появился в дверях, видимо, тоже желая погреться на солнышке.

Но понимание того, что перед ней дети, хоть и неприятные лично Натали, сдерживало миссис Снейп. Она взрослая женщина и не опустится до скандала с малолетками. Её муж, как она надеялась, тоже избавился от навязанной ему ненависти к ребёнку, хотя неприязнь к наглому и ленивому ученику всё равно осталась.

— Мистер Поттер и мисс Грейнджер… — проговорил Северус, глядя на зло смотрящего на него лохматого парнишку. — Я смотрю, после того, как вы обнаглели настолько, что посмели напасть на учителя, вам уже никакие правила не писаны и вы можете слоняться по улице, прогуливая уроки. Двадцать баллов с Гриффиндора…

— Но сэр, мы не прогуливаем, у нас нет урока…- попыталась оправдаться Грейнджер.

— Неужели, мисс Грейнджер? — ухмыльнулся Снейп. — Как же так, у вас и вдруг нет урока? Хроноворот сломался или его пришлось вернуть директору, во избежание, так сказать? Но вы, несомненно, читали в какой-нибудь из книг, что те события, у которых было много свидетелей, невозможно изменить. Хотя я и жалею об этом… Если бы я мог, я бы изменил события так, чтобы вас исключили из школы ещё на первом курсе. Вы двое опасны для общества…

Поттер, всё это время стоял, молча сжимая кулаки, и Натали смогла оценить выдержку мальчишки. Всё же хоть и в зачаточном состоянии, а чувство самосохранения у него имелось. Но в следующий момент тот с вызовом посмотрел на зельевара и подался вперёд.

— Это вы виноваты в их гибели! — заорал мальчишка и Натали порадовалась, что её муж сумел быстро отгородить их группу чарами отвлечения внимания.

Она оказалась неправа. Мозг у Гарри, видимо, отсутствовал…

— Это из-за вас погиб Рон, а моего крёстного поцеловал дементор! Вы Пожиратель и вы ненавидели их, и ненавидите меня, потому что мой отец спас вам жизнь!

Грейнджер с ужасом смотрела на приятеля, закрыв ладошкой рот, понимая, что влезь она сейчас и баллы с их факультета посыпятся как листья осенью. О более серьёзной опасности она не задумывалась.

— Я, Поттер? Вы утверждаете, что во всём виноват я?! — на Снейпа было страшно смотреть, его лицо исказила гримаса, в которой боль смешалась со злобой.

Заткнув ученика невербальным Силенцио, он решил высказать ему всё, что накопилось в его душе за те три года, в течении которых ему капали на мозги, напоминая о том, что он должен охранять это безмозглое создание. Со стороны Снейпа это было, возможно, непедагогично, но на это ему всегда было плевать.

— Ваш дружок был бы жив, если бы вы не выкрали у меня крыса, которого я хотел проверить на анимагию, да и в Хижине я первым делом обездвижил именно его. И если бы вы не напали на меня, то я смог бы спасти и вас, и ваших безмозглых друзей от такого же безмозглого оборотня, забывшего выпить антиликантропное зелье, которое, опять-таки, варил ему я! Значит, и в этом я виноват?!

Поттер, заткнутый Силенцио, молча хлопал глазами, а Натали с удивлением смотрела на своего мужа, понимая, что теперь, после того, как с ним поработал Аурелиус, Северус уже не будет тем безропотным исполнителем, который в конце пьесы молча подставит горло убийце, до конца играя свою роль и не ожидая признания и оваций.

— А Долг Жизни вашему отцу я отдал ещё на вашем первом курсе, когда не дал вам убиться, свалившись с метлы, хотя кое-кто мне старательно мешал, — продолжил Снейп, снимая заклятие с Поттера и глядя при этом на Гермиону, после чего, будто резко потеряв интерес к разговору, вошёл в замок.

— Кстати, мисс Грейнджер, мистер Поттер, не забывайте, что вы двое чуть не стали убийцами. Вам повезло, что профессор остался жив, отделавшись, если можно так сказать, переломом позвоночника. Как хорошо, что мы маги и мой муж не сидит сейчас в инвалидном кресле. И благодарите Мерлина, что профессор Снейп не стал подавать на вас жалобу в аврорат. Если бы он погиб, я бы не была так милосердна.

Вы ещё не взрослые, но уже и не дети, и должны осознавать свою вину и ответственность. В лучшем случае вас бы исключили из Хогвартса, в худшем — я бы настаивала на Азкабане. Учитесь думать головой, это очень нужное в жизни умение, — Натали внимательно посмотрела на гриффиндорцев, гадая, осознали ли они сказанное.

Так и не найдя для себя ответа на этот вопрос, она поспешила за мужем…



До конца учебного года в Хогвартсе не произошло больше ничего, заслуживающего пристального внимания. Со слов и Родерика, и Северуса Поттер с Грейнджер ходили притихшие. Заучка даже перестала тянуть руку, а Поттер старался не перечить Снейпу на уроке, молча варя зелья под руководством подруги.

Но по злым взглядам, бросаемым на профессора в ответ на ехидные замечания, можно было понять, что ничего не изменилось и, возможно, уже в следующем сентябре следовало ожидать возобновления противостояния.

Хотя Натали и надеялась, что вдалеке от волшебного мира подростки всё же смогут проанализировать действия всех вовлечённых в это прискорбное событие, но на это было мало надежды. А уж если Поттера, несмотря ни на что, пригласят в гости к Уизли, то неприязнь к зельевару у него снова достигнет предельного уровня.

И Натали, понимая, что контроль ребёнка со стороны Дамблдора не ослабнет, махнула рукой на действия мальчика-у-которого-нет-мозгов. У неё хватало и своих забот.

Дочь занимала большую часть её времени, хотя следовало признать, что помощь домовиков и тётушки Сильваны была очень кстати. В бытность Натали обычной маглой ей пришлось одной справляться со всеми трудностями, возникающими у женщины, имеющей детей.

Двое сыновей-погодков требовали много внимания, то маясь животами, то не желая спать, а уж лезущие зубы и борьба за её внимание вообще оставляли без сил. Те годы она вспоминала как кошмарные, хотя счастливых моментов тоже хватало. Да и муж, хоть и приходил с работы уставшим, старался ей помочь. Правда, любовь к детям не помешала ему через несколько лет уйти из семьи…

Натали и сейчас часто вспоминала своих детей, которые к моменту её, так сказать, раздвоения личности были уже подростками. Ей было интересно, как та она, оставшаяся, справляется с проблемами, возникающими в этом возрасте, как мальчики учатся, как взрослеют.

Но весь этот интерес был какой-то отстранённый, без переживаний о том, что она никогда не сможет к ним вернуться, такой, как будто она думала о жизни соседей или даже книжных персонажей.

Видимо та, что назвалась Лили, что-то сделала с её восприятием этой ситуации, чтобы волнение за оставшуюся семью не сводило с ума. А здесь и сейчас она и её дочь были окружены заботой и вниманием, и Натали не уставала до слёз или до желания плюнуть на всё и завалиться спать.

***

Спев дочери колыбельную, Натали уложила её в кроватку, собираясь оставить под присмотром Минки, которая с удовольствием нянчилась с Эрис.

В их домик в Хогсмиде было решено отправить, кроме Минки, ещё одного эльфа и миссис Снейп с радостью согласилась, когда эльфийка, нервничая и выкручивая себе уши, предложила взять Типси. Он, как оказалось, числился другом Минки и домовушка похвасталась, что тот превосходно готовит, а также может помогать хозяину с зельями.

Посмотрев на заснувшую Эрис и с улыбкой поправив ей одеяло, Натали обернулась, услышав шорох. В дверях стоял Северус и, как показалось Натали, в его глазах на миг мелькнуло нечто, напоминающее нежность, но в следующее мгновение муж снова выглядел как обычно строго.

— Мы ждали тебя только к вечеру, — проговорила Натали. — Но я так рада, что ты смог вырваться из Хогвартса пораньше. Я соскучилась.

Подойдя к Северусу, она прильнула к нему, готовая в следующее же мгновение отпрянуть, если почувствует, что мужу не нравятся щенячьи нежности, но он прижал её к себе покрепче и поцеловал в макушку.

— Я подумал, что не хочу выслушивать перед каникулами нытьё Альбуса о всеобщем благе, поэтому аппарировал со станции Хогсмид сразу же, как только убедился, что все мои змейки отправились домой.

— Думаю, ты разозлил директора. Вот бы его удар хватил со злости, — мстительно улыбнулась Натали.

— Увы, не думаю, что ему это грозит, к тому же мне в скором времени всё равно придётся вернуться в школу. Альбус намекал на какие-то новости…

***

Хлопоты с переездом не помешали Снейпам посетить приём, данный Малфоями перед тем, как белобрысая семейка отправилась на Французскую Ривьеру. Присутствовал весь цвет английского магического общества, правда, с некоторым уклоном в тёмную сторону.

Семьи, позиционирующие себя как светлые, данное мероприятие, устраиваемое бывшим Пожирателем, показательно игнорировали, зато нейтралы были представлены достаточно большим количеством семей. К тому же большинство из них работало в министерстве и не посетить приём, на котором присутствовал министр с супругой, было бы для них равнозначно самоубийству. Во всяком случае, карьера могла пострадать.

Так что по идеальному паркету бального зала Малфой-мэнора кружили в вальсах и мазурках Нотты, Крэббы, Гойлы, Паркинсоны, Гринграссы, Диггори, Огдены, Минчумы…

Некоторое оживление в размеренный ход приёма внёс лорд Принц. Он так давно не посещал такие мероприятия, что многие уже стали считать его или умершим, или немощным. Теперь любители сенсаций могли убедиться, что Аурелиус вполне себе крепкий и, как решили многие дамы, импозантный мужчина.

Встретившись взглядом с профессором Снейпом, который, как отлично знали многие, являлся его внуком, так им и не признанным, он холодно поприветствовал его кивком головы и удалился в ломберную комнату, где собирались такие же, как и он, противники танцев.

Корфы, появившиеся вместе со Снейпами, тоже являлись объектами сплетен. Родерик с Гертрудой и Сильвана явно дали понять всем присутствующим на балу, что Корфы одобряют брак своей родственницы и этим подняли Северуса на новую рейтинговую высоту.

Натали, которую, несмотря на грозного мужа, многие рискнули пригласить на танец, могла только радоваться, что в своё время мама отправила её в хореографическую студию, так что фигуры неизвестных танцев, показанные ей Гертрудой, не стали для неё чем-то сложным, хотя и пришлось постараться, заучивая их.

В её бальном блокноте оказались расписаны все танцы, но вальс она танцевала с мужем, смотря на него с такой страстью, что досужие сплетницы и сплетники сочли её поведение несколько вызывающим.

Краем уха услышав шепотки, Натали только улыбнулась и в разговоре с леди Малфой заявила, что рада была утереть нос островитянкам, прохлопавшим такой бриллиант, коим является её муж, чем несколько обидела дам, имеющих дочерей или сестёр на выданье.

***

В их новом хогсмидском доме, в котором они поселились в конце июля, было шесть спален, несколько гардеробных и ванных комнат, кабинет, гостиная, библиотека, комната, которую Натали решила сделать детской игровой, и даже бальный зал, который своими небольшими размерами не мог конкурировать ни с залом Малфой-мэнора, ни с почти таким же в Принц-холле, но Натали он нравился.

В нём можно было не только танцевать, но и заниматься дуэлингом, а если возникнет такая необходимость, то можно было запросто увеличить его магически.

Сад вокруг дома радовал яркими цветами, которые создавали резкий контраст с часто хмурым даже летом шотландским небом. Натали предпочитала проводить время здесь, сидя на скамеечке с книгой в руках, пока Эрис спала в стоящей рядом коляске, самостоятельно покачивающейся.

В доме хозяйничала тётушка Сильвана, гоняющая Минки и успевающая следить за двумя домами. Деятельная особа целый день сновала камином туда-сюда, переносясь то в Принц-холл, то в Хогсмид, правда, ночевать она оставалась у Снейпов.

Как подозревала Натали, скоро такая бурная жизнь ей надоест и Аурелиус будет вынужден на ней жениться. Жалеть лорда Принца миссис Снейп не собиралась, тётушка была неплохой женщиной, а в глубине души Натали была рада, что гордого аристократа захомутают. Не только же им с мужем ощущать себя не имеющими права голоса вещами!

Повод для недовольства невестке дал сам лорд, возобновивший свои намёки на продолжение рода. Натали прекрасно осознавала свою ответственность, но торопиться пока не желала, надеясь хоть немного отдохнуть после рождения дочери.

Северус тоже проводил лето не без пользы. Удалось вырваться на конференцию в Вену, где он представил свою новую разработку, а также с удовольствием пообщался с людьми, которые понимали, что зельеварение — это одна из фундаментальных дисциплин магической науки.

Приняв участие в нескольких диспутах, он вернулся домой, переполненный новыми идеями, и засел в лаборатории, которая располагалась, как ни удивительно, на чердаке. Подвал не разрешила занять Натали, заявив, что не позволит ему развалить дом по кирпичикам. Если что и взорвётся у него в котле, то пусть уж тогда сносит крышу.

Попытка убедить жену, что он поставит такую же защиту, как в Хогвартсе, ни к чему не привела и Северусу пришлось смириться, укрепив чердак и прикрыв ставнями два окна, создавая привычный ему полумрак.

***

— Альбус поделился новостями, — сообщил Северус собравшимся за ужином родным.

Лорд Принц, часто бывавший у них в гостях, посмотрел на внука, ожидая продолжения.

— В этом году в Хогвартсе пройдёт Турнир Трёх Волшебников.

Тётушка всплеснула руками. Турнир не проводился уже очень давно и вот теперь это опасное мероприятие решили возродить.

— Как сказал директор, министерство решило ввести ограничения по возрасту, участвовать смогут лишь ученики, достигшие совершеннолетия.

Сильвана, больше не сдерживаясь, радостно выдохнула, убедившись, что никому из племянников и племянниц, учащихся в Бобатоне и Дурмштранге, Турнир не грозит. Те, кто подходил, учились, слава богам, в других учебных заведениях, не лезущих на рожон и не желающих терять перспективных учеников.

— А как это условие можно обойти? — спросила Натали у мужа. — Просто некоторые глупцы могут посчитать, что участие в Турнире — это именно то, что им надо, чтобы доказать собственную значимость, да и награда в этом решении будет играть не последнее место.

— Да, ты права, призовой фонд составляет тысячу галеонов и, думаю, что найдётся немало глупцов, которые решат, что им очень нужны эти деньги. Но, насколько я знаю, будут приняты все меры безопасности. Никто младше семнадцати не сможет кинуть в кубок своё имя.

— А если чужое? Вдруг кто-то решит глупо пошутить? Или отомстить?

— Я не думаю, что это будет возможно. Из Дурмштранга и Бобатона приедут только совершеннолетние ученики, а наши… Ну, может кто и кинет, но ведь кубок выбирает сильнейшего, вряд ли он выберет малолетку, проигнорировав более сильных старших учеников.

— Возможно, ты и прав, дорогой, — согласилась Натали с мужем, — но что, если кто-то кинет в кубок листок с фамилией малолетнего ученика, являющегося единственным претендентом от четвёртой школы?

Ответом на её вопрос стали удивлённые взгляды родни, разглядывающие её с нескрываемым интересом. Похоже, волшебникам даже не приходило в голову, что может быть разыграна такая комбинация…



Фанатов квиддича среди родни, слава Мерлину, не оказалось, так что о произошедших на чемпионате событиях Натали узнала из утреннего «Пророка». Тёмная метка переливалась всеми оттенками зелёного и вызывала оторопь.

Открыв газету, Натали осознала, что Тёмный Лорд вот-вот возродится и призовёт своих соратников, а её муж окажется под ударом. Если раньше он был одиноким мизантропом, не ценившим жизнь и не ждавшим от неё никаких приятностей, то теперь у него была семья, за которую он будет переживать не меньше, чем тот же Люциус, и так же, как и лорд Малфой, будет связан обязательствами перед родом. А для шпиона это чревато…

Следовало поспешить и разобраться, действительно ли возродится Том, а не голем, подчиняющийся тому же Дамблдору. Если возрождаться будет настоящий Волдеморт, может, стоит подсказать Барти, что ритуал не верен?

А Барти ли будет изображать Моуди или это сам отставной ныне аврор будет отрываться на всю катушку, обучая детей непростительным? Вопросов было множество и нужно было их по возможности решать.

Натали порадовалась, что и на этот год договорилась о занятиях. Благодаря этому она будет часто бывать в школе. К тому же миссис Снейп была уверена, что Кубок выберет Поттера четвёртым чемпионом и рассчитывала присутствовать при этом событии. Вряд ли Северус сможет помешать, если в этом замешан Дамблдор.

***

Нежданно-негаданно в одну из ночей Натали снова увидела мойру.

— Я тебя, вроде, не звала, — удивилась Натали, наблюдая, как рыжеволосая женщина располагается в кресле, стоящем ровно по центру гулкого зала.

— А я пришла незваная, — улыбнулась та. — Вот интересно, почему тебе всё время хочется видеть меня в центре такого огромного помещения?

— А разве это не твоя идея?

— Ну, голова твоя, значит и идеи твои, — пожала плечами гостья. — Я смотрю, ты неплохо так перекроила события. Теперь на очереди возрождение Лорда…

— Надеюсь, не мне его возрождать? — удивлённо проговорила Натали.

— Без тебя люди найдутся, а тебе подсказка — все играют в свои игры, а уж кто кого переиграет, решать не тебе, ты свой ход уже сделала…

— Спасибо, очень всё понятно, — ухмыльнулась Натали, одновременно пытаясь понять, о чём говорит Лили.

— Нам, богам, положено говорить загадками, ибо в чём нам интерес, если смертному всё разжевать. Скучно… — протянула мойра голоском обиженной девочки.

— А зачем тогда вообще приходишь? — попыталась понять Натали. — Оставила бы меня барахтаться, сиди и смотри, как я выплываю.

— Ну я же говорю — скучно, — улыбнулась Лили. — А благодаря тебе уж очень интересный узор пошёл на этом полотне… Ладно, жди, загляну ещё как-нибудь.

Всё вокруг пошло рябью и женщина растаяла. Вместе с ней ушёл свет…

***

Натали подскочила, спросонья не понимая, где находится.

— Что случилось? — тут же раздался голос мужа. — Эрис проснулась?

В окно, не прикрытое с вечера шторой, робко заглядывал рассвет, и Натали вспомнила, что уже первое сентября и Северус сегодня будет ночевать в школе, а она совсем не понимает, зачем приходила Лили, но нужно быть ей благодарной за такую раннюю побудку.

— Нет, нет, Эрис спит, я просто подумала, что ты не сможешь вечером отдать мне долг…

— Какой долг? — Северус обычно даже спросонья соображал неплохо, но иногда жена удивляла его своими нелогичными действиями и мыслями.

— Как какой?! Супружеский, конечно, — делано удивилась она, потянувшись к мужу с поцелуем.

Тот не стал возражать, напротив, был согласен отдать его целиком и полностью, ведь кто его знает, когда он сможет вырваться домой. Этот год обещал быть трудным…

***

Как и подозревала Натали, сентябрь начался с неприятностей. Муж дома почти не появлялся, а она в первое же посещение школы, решив после посиделок с Флитвиком заглянуть в подземелья, столкнулась с Моуди, который потом, уже в учительской, устроил безобразный скандал, требуя, чтобы директор усилил бдительность, а то по школе шастают все, кому не лень.

Как она узнала позже, её мужа взбесило поведение аврора. Остальные деканы, как ни удивительно, его поддержали, потребовав, чтобы Дамблдор приструнил профессора ЗОТИ, чем очень удивили Северуса.

Сама же Натали в тот момент предпочла не связываться с явно неадекватным человеком, кто бы он ни был. Не делая резких движений, она сообщила Аластору, что находится в школе с разрешения директора и поспешила шагнуть на удачно появившуюся лестницу, спиной чувствуя тяжёлый взгляд Моуди.

***

Свинцовое низкое небо и ветер, забирающий последнее тепло у жмущихся друг к другу учеников. Так Хогвартс встречал тех, кто получил возможность участвовать в Турнире.

Миссис Снейп в тёплой шубке, под чарами невидимости, стояла неподалёку и нет нет да и ловила на себе взгляд Моуди, так и не определившись, кто же бешено вращает глазом, глядя на неё.

— Летят! — раздался крик и она, запрокинув голову, увидела быстро приближающуюся карету, запряжённую огромными лошадьми. В тот момент, когда их копыта коснулись земли, Натали ощутила сотрясение почвы у себя под ногами.

Мадам Максим, выбирающаяся из кареты, вызвала волну удивлённого шёпота в рядах учеников и восхищённый взгляд Хагрида, на мгновение даже забывшего про монструозных лошадей.

Толпа девочек, в которой почти затерялись несколько парней, приветствуется свистом мужского контингента, а в озере уже видны мачты поднимающегося в водовороте корабля, с первого взгляда напоминающего «Летучего Голландца».

И даже развернувшиеся паруса с гербом Дурмштранга и луковичные купола на корме похожего на трёхмачтовый хольк корабля не дают забыть об этой ассоциации.

Несколько мгновений и вот уже корабль тёмной громадой застыл у возникшего из ниоткуда причала. Чёткие команды и вот они, студенты Дурмштранга, в ладных тёплых мантиях, напоминающих шинели, застыли шеренгой, дожидаясь, пока директор Каркаров поприветствует встречающую сторону.

Тихий незлобивый мат по поводу синих от холода девушек Бобатона, уже скрывающихся в дверях замка, достигший ушей Натали, дал ей понять, что среди прибывших явно имеются её соотечественники.

Это подогрело её интерес, и желание поближе познакомиться с дурмштранговцами обрело ещё один аргумент. А уж обнаружив среди них двух девушек, явно мимикрировавших под общий фон, она прямо-таки загорелась этой идеей.

Между тем церемония встречи закончилась и все потянулись в замок. А Натали, отменив невидимость, отправилась в Хогсмид. Эрис уже должна была проснуться.

***

Праздничный пир, после которого Кубок выберет чемпионов, собрал в школе большое количество заинтересованных лиц и просто наблюдателей.

От министерства присутствовали Барти Крауч и Людо Бэгмен, в качестве приглашённых лиц явились представители Попечительского Совета. Натали не помнила, были ли они на этом мероприятии в каноне, но сейчас их присутствие позволило и ей затесаться в ряды гостей.

Разрешение она просила лично у директора и её несколько удивила та лёгкость, с которой Дамблдор его дал. Натали было непонятно его к ней расположение. Пытался ли он постепенно затянуть и её в свои сети или просто держал поближе, следуя известному выражению.

Надеяться, что она проникнется доверием к человеку, в руках у которого был один из поводков, пристёгнутых к ошейнику её мужа, было бы со стороны Альбуса несколько наивно, а наивным он не был, хотя и не исключено, что наивной директор считал её.

Ведь, не зная, что Северус достаточно с ней откровенен, а к тому же уже избавился от многих заблуждений и помирился с дедом, директор мог предполагать, что она не ведает его истиной сущности и может обмануться его амплуа чудаковатого старца.

Разрешение было получено под сладкие речи о том, что такой молодой женщине следует немного развлечься, и присутствие на таком событии, как праздничный пир, отвлечёт от так рано свалившихся на юную девушку семейных хлопот…

Рядом с министерскими обнаружились представители французского ведомства, которые не преминули ей представиться, так же как и Бэгмен, при этом косившийся на Северуса.

Профессорский стол претерпел изменения и вместил всех. Натали оказалась сидящей рядом с Гвидо Молиньи, юрким молодым франтом и Поппи Помфри, ради такого торжества покинувшей свои владения.

Северус, сидевший рядом с Каркаровым, смотрел на француза так, что будь это кто из англичан, знающих злобный характер профессора не понаслышке, то он бы уже постарался поменяться местами с кем-нибудь вроде Хагрида или Флитвика, но француз шёпотом расточал комплименты, обращая внимание только на симпатичную соседку.

Слизеринцы заинтересованно наблюдали за разворачивающимся перед ними шоу, с удовольствием объяснив что к чему сидящим с ними за одним столом дурмштранговцам.

Натали была уже не рада тому, что напросилась сюда и откровенно обрадовалась, когда засветившийся Кубок заставил умолкнуть шум голосов, давая сигнал, что сейчас наступит время узнать, кто станет бороться за его обладание.

Альбус Дамблдор, как глава принимающей школы, поднялся с места и простёр руки в сторону учеников, требуя молчания и получая его.

— Сейчас Кубок определит участников Турнира, — его голос был слышен всем в зале, замершем в ожидании. — Вот-вот будет принято решение и тот, кого он выберет, должен будет подойти сюда.

Кубок засветился сильнее и из него вылетел первый листок с именем.

— Чемпион Дурмштранга — Виктор Крам!

Все зааплодировали, а Крам поднялся с места и подошёл к Дамблдору, подбадриваемый своим директором.

Через минуту Виктор скрылся в отведённой специально для чемпионов комнате, а Кубок Огня вновь выстрелил очередным листком, взвившимся в языках красного пламени.

— Чемпион Бобатона — Флёр Делакур! — возвестил Дамблдор.

Девушка, похожая на вейлу, поднялась и под восторженные вопли отправилась вслед за первым чемпионом.

Мадам Максим хлопала и вежливо улыбалась своей ученице.

Третий кусок пергамента ученики Хогвартса ожидали, затаив дыхание.

— Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори!

Зал взорвался аплодисментами, особенно неистовствовали хаффлпаффцы, радуясь за своего чемпиона. Подождав, когда крики смолкнут, Дамблдор проговорил:

— Теперь мы знаем, кто будет участвовать в Турнире…

Он что-то говорил, а Натали замерла, ожидая, что вот-вот из Кубка вылетит ещё один листок. Но тот так и не появился, а свет, идущий из кубка, погас, оставив её в недоумении.

И в этот момент она поняла, что не только её. Альбус Дамблдор тоже явно ждал продолжения, хотя никому бы это и в голову не пришло, а она догадалась только потому, что знала другую версию этого спектакля…

@темы: Фанфики